«
»
TwitterFacebook

Рауф РАДЖАБОВ: «Южный Кавказ и «ось» Анкара-Баку-Тбилиси»

Угрозой и вызовом для получившей на сегодня некие очертания оси Анкара-Баку-Тбилиси считается стремление глобальных и региональных игроков увеличить свое военно-политическое присутствие в регионе Южного Кавказа, а также получить возможность оказывать влияние на управление транзитными потоками нефти и природного газа и, соответственно, на формирование механизма ценообразования на энергоносители.

Азербайджан, Грузия и Турция являются стратегическими союзниками на фоне стремления Москвы сохранить и упрочить российское военно-политическое присутствие в регионе Южного Кавказа. Военно-политическая ситуация на Южном Кавказе продолжает оставаться напряженной. В частности, Карабахский конфликт уже не считается «замороженным», т.к. динамика военной активности Азербайджана и Армении, как на линии соприкосновения ВС обеих стран, так и собственно на армяно-азербайджанской границе остается высокой. Кроме того, в последние месяцы параллельно наблюдается тенденция ухудшения грузино-российских отношений.

Проблемы трехстороннего сотрудничества   

Можно констатировать, что ось Анкара-Баку-Тбилиси уже сформирована, т.к. успешно решает такие экономические задачи, как реализация проектов по строительству энергетических и транспортных коммуникаций. В частности, действуют нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД), газопровод Баку-Тбилиси-Эрзерум, идет реализация проекта «Южный газовый коридор» (ЮГК), включающий уже существующий Южно-Кавказский газопровод, а также строящиеся Трансанатолийский (TANAP) и Трансадриатический (TAP) газопроводы. Кроме того, введен в эксплуатацию железнодорожный проект Баку-Тбилиси-Карс (БТК).

По словам министра иностранных дел Азербайджана Эльмара Мамедъярова: «Это новый формат, который послужит импульсом для развития всестороннего регионального сотрудничества между странами и будет способствовать укреплению безопасности». Это говорит о том, что в среднесрочной перспективе сотрудничество Азербайджана, Грузии и Турции будет принимать новые конфигурации. Поэтому военно-политический трехсторонний альянс считается ключевым для формирования системы региональной безопасности.

Вместе с тем,внешнеполитические приоритеты Азербайджана, Грузии и Турции разнятся. В частности, с недавних пор во внешней политике Анкары превалирует в некотором смысле Исламская идеология «Братьев мусульман». Тбилиси проводит политику системного сближения с НАТО и ЕС, тогда как Баку придерживается нейтралитета в отношении военно-политических блоков. Кроме того, если Анкара поддерживает Азербайджан в Карабахском конфликте, то Тбилиси при аналогичной позиции касаемо территориальной целостности Азербайджана стремится и к развитию тесных экономических взаимоотношений с Арменией. Параллельно Баку на сеголня пришел к тому, что удовлетворяет до 80% своих потребностей в вооружениях за счет поставок из РФ. Притом что имеет ресурсные возможности поменять структуру импорта вооружений в рамках долгосрочных национальных интересов.

Следует признать, что рассматривающийся трехсторонний альянс является экономически и политически несбалансированным. Так, Турция существенно превосходит Азербайджан и Грузию в экономическом и военно-политическом отношениях. Притом что экономические проекты, которые служат фундаментом для этого союза, заполнены лишь азербайджанскими энергоносителями.

Но и Азербайджан, чьи ресурсы являются основным экспортным товаром в совместных инфраструктурных проектах, последние годы сталкивается с серьезными проблемами в энергетической сфере. Сокращающийся уровень добычи нефти в Азербайджане обязывает Баку прилагать максимум усилий для поддержания рентабельности действующих трубопроводов. Данную проблему можно решить за счет разработки новых нефтегазовых месторождений в азербайджанском секторе Каспийского моря или привлечения к трехсторонним проектам Казахстана и Туркменистана в рамках строительства Транскаспийского газопровода.

Ещё в 2010 году Азербайджан и Турция подписали соглашение о стратегическом партнерстве и взаимопомощи. Баку и Анкара договорились взаимодействовать в сфере подготовки и переподготовки военных кадров и модернизации армии для участия в совместных военных операциях и регулярно проводить совместные военные учения. И самое главное – соглашение формально закрепило пункт об оказании друг другу содействия в случае агрессии со стороны третьих стран. Однако при всей важности соглашения 2010 года, его нельзя считать полноценным договором в области обороны и безопасности, поскольку он де-факто определил лишь общие контуры азербайджано-турецкого военно-технического сотрудничества (ВТС) по ограниченному кругу вопросов.

Несбалансированность приоритетов

Геополитическая ситуация на Южном Кавказе в целом и вокруг Грузии в частности делает позицию Тбилиси уязвимой в плане энергетической безопасности, учитывая острую нехватку энергоресурсов для удовлетворения потребностей страны, а также истечение срока действия долгосрочных контрактов на закупку природного газа.

Поэтому Тбилиси, с одной стороны, стремится найти замену контрактам, а с другой, готовится реформировать газовый рынок страны, введя новое энергетическое законодательство. Ведь потребление природного газа в Грузии растет ежегодно, и, согласно прогнозу, к 2030 году оно может достичь до 3,5 млрд. куб. м.

На этом фоне в Тбилиси рассчитывают на возобновление поставок природного газа из РФ (Грузия является транзитной страной газа из России в Армению, Тбилиси получает транзитные пошлины). Тем самым, Грузия стремится иметь несколько поставщиков природного газа, чтобы создать конкуренцию между ними на грузинском энергетическом рынке. В настоящее время грузинский рынок природного газа монополизирован компанией SOCAR. Так, Грузия ежегодно потребляет 2,5-2,6 млрд. куб. м природного газа, и этот объем на 100% обеспечивается поставками компанией SOCAR, а также международным консорциумом по разработке каспийских месторождений. Интересно, что правительство Грузии декларирует, что импорт российского природного газа поможет сохранить энергобезопасность и независимость Грузии…

Согласно принятой в 2011 году «Концепции национальной безопасности Грузии» отношения с Азербайджаном характеризуются как стратегическое партнерство. (В отличие от отношений с Арменией, где такого рода упоминания в указанном документе нет). Однако при этом стратегическое партнерство с Азербайджаном грузинской стороной рассматривается почти исключительно в контексте реализации энергетических и коммуникационных проектов. Символично, что в Концепции Турция названа как основный партнер Грузии в регионе Южного Кавказа и региональный лидер, отношения с которым для Грузии важны с точки зрения социально-экономических, так и военно-политических отношений.

Торговый оборот между Азербайджаном и Грузией растет ежегодно, Баку – в лидерах по объему осуществленных в Грузию инвестиций. Однако, самый крупный торговый партнер Грузии – это Турция, и самые крупные инвесторы в Грузии – это турецкие бизнесмены. Азербайджан, Грузия и Турция намерены довести трехсторонний товарооборот до 20 млрд. долларов США.

Так, Тбилиси пытается использовать во многом монопольное транзитно-коммуникационное положение Грузии для Азербайджана, пытаясь получить максимум дивидендов за пользование своей территорией для прокачки каспийских энергоресурсов.

К примеру, Грузия кроме транзитных сборов собственно за прокачку энергоресурсов, получает также долю самого Азербайджана за транзит нефти по его территории. Кроме того, Грузия по льготным тарифам имеет возможность закупать природный газ за счет транзита азербайджанского природного газа по газопроводу Баку-Тбилиси-Эрзрум (порядка 135 долларов США за 1 тысячу куб. м), а некоторую часть газа – также в качестве платы за транзит.

Возвращаясь к «газовому» вопросу, отметим, что Тбилиси неоднократно заявлял о возможности отказа от азербайджанского природного газа. Примечательно, что грузинская сторона объявила об установлении более тесных взаимоотношений с Ираном, отменив в частности с иранской стороной визовый режим. Кроме того, Тбилиси предложил Тегерану вкладывать инвестиции в Грузию и инициировал переговоры с Ираном по поставкам иранского природного газа. Притом что Баку твердо заявил о том, что Азербайджан в состоянии покрыть потребность в природном газе Грузии. Однако азербайджанское мнение в Тбилиси, такое впечатление, не было услышано, и грузинская сторона продолжила переговоры по диверсификации поставок природного газа. Кстати, официальные власти Грузии вели переговоры и с российским ПАО «Газпром». Очевидно, что вышеуказанные шаги официальных властей Грузии направлены на получение от Баку дополнительных преференций по снижению закупочной цены на азербайджанский природный газ.

Выводы

Трехстороннее сотрудничество Азербайджана, Грузии и Турции только начало активизироваться, поскольку во время российско-турецкого противостояния Баку остерегался участвовать в региональных военно-политических инициативах и форматах. Можно констатировать, что именно четырехдневная апрельская война 2016 года создала предпосылки для активизации Баку в направлении создания системы региональной безопасности, отвечающей национальным и региональным интересам Азербайджана с целью упрочения азербайджанского лидерства в регионе Южного Кавказа и усиления военно-политического давления на официальный Ереван.

Координирующая роль Турции (члена НАТО) придает трехстороннему союзу более широкое геополитическое значение. В контексте расширения НАТО за счет принятия Черногории (и законодательного утверждения в Украине стратегической линии на присоединение к Альянсу) формату отношений в треугольнике Азербайджан-Грузия-Турция в перспективе может быть придан новый статус очередного этапа расширения НАТО с целью его проникновения в зону геополитических интересов РФ и ОДКБ. Военно-политический союз Баку-Тбилиси-Анкара может стать серьезным фактором в системе международных отношений на Южном Кавказе.

В Ереване полагают, что трехстороннее сотрудничество Азербайджана, Грузии и Турции направлено против Армении и РФ. Ведь коалиция в таком формате помимо экономических, гуманитарных и политических задач уже ставит перед собой и задачи военного и военно-технического сотрудничества. Армянская сторона считает, что такое сотрудничество, работая на изоляцию Армении и России, укрепляет позиции Баку и Анкары в регионе Южного Кавказа. Втягивание в такой союз Грузии отвечает национальным интересам Азербайджана и Турции.

Иными словами, официальные власти Армении и России обеспокоены военно-политической активностью Азербайджана, Грузии и Турции, поскольку азербайджано-грузино-турецкий союз поддерживается со стороны США и НАТО. Тем более что в Анкаре и Баку ожидают трансформации со временем трехстороннего ВТС в стратегический альянс с едиными долгосрочными целями и задачами.

Притом, что такой формат ведет к ещё большей изоляции Армении и создает рычаги давления на официальную Москву.

В этом процессе Ереван пока безуспешно стремился противодействовать оси Анкара-Баку-Тбилиси созданием некого формата в треугольнике Иран-Армения-РФ. Однако вряд ли официальные власти Иран и России пойдут на создание такого формата с участием Армении на фоне санкционной войны с США и сотрудничества с Турцией по сирийскому вопросу, а также усилившейся антиамериканской риторики Анкары.

Российская сторона на текущем этапе не препятствует сотрудничеству между Азербайджаном, Грузией и Турцией. Дело в том, что отвлечение военно-политических сил Анкары на проблемы с курдами в Сирии, Ираке и собственно Турции минимизирует геополитическую активность турецкой стороны в регионе Южного Кавказа.

Поэтому можно предположить, что армянская сторона при российской поддержке попытается по возможности вовлечь Тбилиси в сотрудничество с Ираном. Тем самым в определенной мере «отрывая» Грузию от Азербайджана и Турции. В этом направлении определенные предпосылки уже имеются в виде программ экономического сотрудничества в формате Иран-Армения-Грузия (плюс Россия). Тем более что для развития сотрудничества Армении, России с Грузией в таком формате гарантом может стать ситуативное урегулирование российско-грузинских взаимоотношений и перезапуск абхазской железной дороги. Ереван ранее предлагал отремонтировать и эксплуатировать железную дорогу Карс-Гюмри, а оттуда уже действует железная дорога Гюмри-Тбилиси. В этом вопросе Ереван надеялся на поддержку Тбилиси в налаживании диалога с Турцией, особенно учитывая, что железная дорога Карс-Гюмри на начальном этапе была включена в основную железнодорожную магистраль программы ТРАСЕКА. Однако Тбилиси пока не желает ради интересов Армении терять свои политические и экономические рычаги.

Военно-политическая активность оси Азербайджан-Грузия-Турция в регионе Южного Кавказа будет нарастать. 12 июня 2019 года в Габале состоялась трехсторонняя встреча министров обороны Азербайджана, Грузии и Турции. Министры обороны трех стран обсудили военно-политическую ситуацию в регионе, развитие военного сотрудничества в трехстороннем формате, вопросы обеспечения безопасности региональных проектов, в том числе, вопросы, касающиеся проведения совместных учений.

https://cacds.org.ua/?p=7645

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

WordPress 4 шаблоны